DEMIYA: «Честность — это мой единственный жанр»
12.07.2026
Она не окончила музыкальную школу, не виртуозно играет на гитаре и не сводит треки сама. Она — воспитатель в детском саду, которая в свободное время превращает свои слёзы и улыбки в поп-песни. И — о чудо! — эти песни находят отклик у живых людей. Корреспондент поговорил с Юльчик о том, как не предать мечту, когда тебе говорят «делать нечего», и почему количество прослушиваний не заменит одну благодарную душу.
Девочка с польской пластинкойСанкт-Петербург. Квартира в обычном доме. Утро. Маленькая Юля, которой только-только исполнилось четыре года, уже не спит. Она сидит на полу возле старого проигрывателя и ждёт. Это — её ритуал. Без него день не начнётся.Мама ставит пластинку. Случайную. Польскую. Откуда она взялась в доме — никто уже не помнит. Но для Юли это не просто винил. Это — дверь в другой мир. Звуки, которых нет нигде больше. Мелодии, которые она будет напевать, даже когда пластинку снимут.— Я не шла в детский сад, пока не послушаю пару песен, — смеётся Юльчик Шипкова сегодня. — Все песни с неё знала наизусть.Она не знала тогда, что это — первый шаг в большую жизнь. Что пройдут годы, и она будет так же фанатично вслушиваться в биты, записывать свои строки и мечтать о сцене. И что мечта — вопреки всему — сбудется.Рок-родители, рэп-Питер и король R«n«BВ доме Шипковых всегда играла музыка. Родители слушали рок, и воздух в квартире буквально вибрировал от гитарных риффов. Для Юли это было естественной средой обитания — как вода для рыбы.— Я выросла на звуках, — рассказывает она. — Музыка была везде. На кухне, в гостиной, даже когда я делала уроки — она играла фоном. Я не представляла, как можно жить иначе.А потом пришли 90-е, и в Россию хлынула волна нового звучания. Соул, рэп, ритм-энд-блюз. Питер, родной город Юли, стал одним из эпицентров этого культурного цунами.— Я застала зарождение русского рэпа. Лично знакома со многими рэперами того времени, — говорит она с ноткой грусти. — Жаль, что некоторых уже нет...В её плеере тогда поселились настоящие гиганты: P. Diddy, Mario Winans, Usher, Alicia Keys. Но выше всех для неё всегда стояли двое.— 2Pac Shakur — это легенда. Он был не просто рэпером, он был голосом улиц, голосом боли. А R. Kelly — король R«n«B и соула. Я могла слушать их сутками.Она не просто слушала — она впитывала. Каждую интонацию, каждый текст, каждую эмоцию.— Я с детства мечтала петь. И была уверена, что рано или поздно я это сделаю, — признаётся Юльчик. — Я просто знала это. Внутри меня всё время горел огонь. Иногда он почти гас, но никогда не потухал совсем.Музыкальная школа? Не судьба. Но песни всё равно родилисьВ отличие от многих коллег по цеху, Юльчик не сидела за пианино с пяти лет и не штурмовала гаммы в музыкальной школе.
— Я очень хотела учиться. Честно. Но не было возможности, — говорит она коротко и без оправданий.Но отсутствие диплома не помешало ей начать писать стихи. Ещё в школе. Потом к стихам пришёл бит. Потом — мелодия.— Строчки ложились на биты сами собой. Как будто ждали этого момента. Так родились мои первые песни.И хотя она не владеет инструментами профессионально, у неё есть человек, с которым она работает в тандеме.— Я покупаю биты у одного аранжировщика. Его звук откликается мне сразу — я слышу первую ноту, и у меня уже рождаются строчки. Это магия.Все её песни — прожитые. Без исключений.— Я делюсь своими переживаниями и радостями. Если песня не прошла через меня, через мою душу — я не смогу её спеть. Это будет пустая обёртка, — объясняет она. — А когда я честна со слушателем, он понимает: он не один. И это, наверное, самое главное, что я могу дать.Страх сцены и спасительный микрофонОна не любит говорить о выступлениях. Не потому, что они провальные — а потому, что страх до сих пор живёт в ней.— Опыта на сцене пока мало. Но те несколько раз, что я выступала, я запомню надолго. Потому что я слишком сильно волнуюсь, — признаётся Юльчик.— Боже, у меня тряслись коленки. Я не могла понять, куда деть руки, как дышать. Мне казалось, что все смотрят только на меня и ждут, что я ошибусь.И если бы не её преподаватель по вокалу, Михаил — она, возможно, так и не вышла бы на люди.— Это он меня поддерживал, говорил: «Ты можешь, выходи». Если б не он — я бы вообще не решилась. Спасибо ему огромное.Сейчас Юльчик не торопится на сцену. Она считает, что всему своё время.— Я хочу сначала чувствовать себя увереннее. Чтобы выходить и дарить радость, а не бояться, что меня сейчас вырвет от страха, — смеётся она. — Но когда-нибудь я обязательно привыкну.Демки, диктофоны и питерские студииЮльчик записывается на одной из питерских студий. Она выбрала её не за технические характеристики — хотя они, безусловно, на уровне, — а за атмосферу.— Мне импонирует сам вайб. И звукорежиссёр, с которым я работаю. Мы понимаем друг друга с полувзгляда. Это бесценно.Сведение она доверяет профессионалам. Но не без сомнений.
— Я подумываю, что пора бы научиться делать это самой. Потому что не всегда есть возможность присутствовать на сведении, а понять на 100%, какой именно звук я хочу на выходе, могу только я.К автотюну у неё отношение философское: «Если это уместно, гармонично и целостно — почему нет?».— Главное, чтобы это не было самоцелью. Чтобы звук был живым.Цифры против душКогда Юльчик только выпустила свои первые два трека, она, как и многие новички, зациклилась на цифрах.— Мне было интересно количество прослушиваний. Исключительно из-за цифр. Это была гонка, в которой я не понимала, зачем участвую, — признаётся она.Но с опытом пришла мудрость.— Сейчас я поняла: пусть их будет меньше, но это будут реальные, живые люди. Те, кому действительно откликается моё творчество. Те, кто пишет мне слова благодарности, а не просто ставит лайк и проматывает.Она не боится хейта. Игнорирует. Отсеивает.— Хейт — это пустое. А вот здоровая критика от компетентных людей — это важно. Порой стоит прислушаться. Не во всём, конечно, но есть моменты, где советуют что-то стоящее. У них больше опыта.Свою аудиторию она не обманывает.— Я слишком прямолинейный человек. Не выношу лжи. Поэтому со слушателями общаюсь честно. Сейчас не хватает трушности многим исполнителям. Все эти маски, имиджи, идеальные картинки… А ведь мы такие же люди. Со своими радостями и горестями.Воспитатель в саду и певица в душеНа вопрос «Кто вы по профессии?» Юльчик отвечает: «Воспитатель в детском саду». И в этом нет никакого диссонанса.— Дети — это моя вторая большая любовь. Они искренние, открытые. Они не врут. С ними я чувствую себя на своём месте, — объясняет она.Но музыка — не хобби.— Это довольно большая часть моей жизни. Возможно, даже самая большая, — говорит она. — Музыка всегда помогала мне в самые трудные периоды. Когда я не знала, что делать, когда мне было больно или одиноко — я включала наушники и уходила в другой мир.Балансировать между работой, семьёй и творчеством тяжело.— Очень сложно. Но возможно, — смеётся она. — Я не сплю ночами, чтобы дописать текст. Могу прийти после работы и сразу сесть за запись, если есть вдохновение. Это требует дисциплины.«Не занимайся ерундой» — и другие полезные советы, которые она игнорировала
В начале пути Юльчик столкнулась с тем, с чем сталкиваются многие начинающие артисты: непониманием близких.— Многие из моего окружения говорили: «Тебе делать нечего», «Пора повзрослеть», «Это несерьёзно», — вспоминает она. — Было обидно. Иногда так обидно, что хотелось всё бросить.Были моменты, когда она чуть не сдалась. Когда опускались руки и хотелось удалить всё и уйти в тишину.— Но. Это всегда было моей мечтой. Я не могу предать свою мечту, — говорит она твёрдо. — Я не могу позволить чужим голосам заглушить мой собственный.И случилось чудо. Те же люди, которые советовали ей «заняться делом», через некоторое время стали говорить: «Слушай, а у тебя неплохо получается. Не бросай».— Когда я слышу такое — я понимаю, что всё делаю правильно, — улыбается Юльчик.Будущее? Я не загадываюОна не строит планов на десять лет вперёд. Не мечтает о «Газпром-Арене» в ближайшее время (хотя кто знает?). Она просто идёт.— Честно, я не загадываю, что будет дальше. Скорее, мне просто интересно, как далеко заведёт меня этот путь, — говорит она. — Музыка — это не про контракты и хиты. Это про самореализацию. Про возможность сказать: «Я здесь, я есть, и я чувствую».У неё есть цитата, которую она повторяет себе, когда опускаются руки:«Талант — не залог успеха. Успех — это умение применить талант».— Время покажет, смогу ли я соответствовать своему же высказыванию, — добавляет она с иронией. — Но я постараюсь.Честность как единственный жанрЮльчик Шипкова не пытается быть «поп-дивой». Она не носит парики, не скандалит ради хайпа, не выкладывает откровенные фото для привлечения внимания. Она просто живёт и поёт.Она — воспитатель, который вечерами превращается в артистку. Она — мама, которая не спит ночами, чтобы дописать куплет. Она — петербурженка с характером своего города: прямая, честная, немного суровая, но бесконечно тёплая внутри.И её главный инструмент — не голос, хотя он прекрасен. И не биты, хотя они качают. Её главный инструмент — её жизнь, её опыт, её боль и радость. Всё то, что она пропускает через свою душу и отдаёт слушателям.— Наверное, так и должны строиться отношения — на честности, — говорит она в конце интервью. — И не важно, сколько у тебя подписчиков. Важно, чтобы те, кто слушает — оставались с тобой не из-за хайпа, а из-за правды.
